?

Log in

No account? Create an account
entries friends calendar profile InkpointФотоВыставка Previous Previous Next Next
Служба быта: Станислав Эдуардович, часовщик. - Александр Савельев - ФотоХроника -
inkpoint
inkpoint
Служба быта: Станислав Эдуардович, часовщик.


       Его я осаждал долго. Он вроде бы и не отказывался, но говорил: «Извините, сейчас не могу, работа». Часовщики – вообще люди довольно закрытые, и мне пришлось трижды зайти в эту мастерскую, чтобы случился этот разговор. Но я знал, что будет интересно. Ещё Станислав Эдуардович сразил меня уже давно, с самого детства не слышанным словом – «телепается».


  -   Ученики иногда приходят, вот только они хотят всё и сразу, а так не бывает. У нас такая профессия, которой годами можно учиться. Я до сих пор учусь.
Чтобы человек остался в профессии, нужна любовь к этому делу. Беззаветная. Я с 75-го года работаю. Пришёл с армии, устроился учеником к старым мастерам, тогда были старые мастера, которые всё делали вручную – точили, сверлили, пилили. Получается, сорок лет уже этим занимаюсь. Победитель соцсоревнования, ударник десятой пятилетки, такие были награды. То, что я делаю, многие сейчас не делают нигде.

Усидчивость нужна, бывает, с одними часами сутками сидишь. Усидчивость, терпение, какая-то склонность к этому. Если у человека порывистый темперамент – хорошего часовщика из него не получится. Специфичная профессия, интересная, но не для всех. Вот сколько приходило молодых, они все спрашивают: «А сколько я буду зарабатывать?». А сразу он не будет зарабатывать, должно быть мастерство и должна сложиться клиентура какая - то. Не один год нужен.



И порядочность должна быть, если человек непорядочный – тоже не получится хорошего часовщика, механизм не терпит этого. Часы – это же как живой организм. Если с плохим настроением делаешь часы – тоже ремонт не получится. Если плохое настроение – за сложный ремонт лучше и не браться. Я вечерами остаюсь, если мне надо какие-то серьёзные часы делать. Потому что надо сосредоточиться, обо всём забыть и заниматься этим.

Да, живой организм. Часто бывает, хозяин умирает – и часы останавливаются. Особенно, если человек этот был к часам неравнодушен, ухаживал за ними, с его смертью они останавливаются, даже часы на батарейках.



    Мне нравятся советские часы. Да, дизайн у нас хромал, а механизмы – одни из лучших. Даже ширпотребные часы наши, стандартные советские модели – «Победа», «Ракета», «Звёздочка» - им по шестьдесят лет, они до сих пор работают. И их все восстановить можно. Ещё при советской власти я видел, как наши механизмы в японские корпуса ставили, японцы у нас закупали механизмы. У нас хорошая промышленность была. Но это всё убили.

Страна поменялась, люди поменялись. Но кто был нормальным хорошим человеком – тот хорошим человеком и остался, а кто был плохим – тот ещё хуже стал. Такая жизнь, как сейчас, развращает. Вы посмотрите – столько негатива со всех сторон, плюс деньги появились, поменялись ценности у людей.

Сейчас часовщику очень тяжело выжить. Много «умельцев» появилось, которые батарейки меняют, делают всякие мелочи, и это всё мимо тебя уже проходит. Конкуренция такая. Плюс многие люди уже не ремонтируют часы, выкидывают и покупают новые, таких, наверно, уже процентов семьдесят. Вроде последние годы наметилось возвращение к часам, но это ещё зависит от уровня жизни, от того, как в стране обстоят дела. Сейчас, я боюсь, будет хуже с ремонтом. Человек ещё подумает – купить ему колбасу или отремонтировать часы.



     Часы до сих пор удивляют. Есть маятниковые часы, в которых нет маятника. За счёт того, что они сами вот так телепаются, они работают. Настольные часы, работают за счёт колебания всего корпуса.

Раньше часы были признаком богатства, как хороший автомобиль, сейчас этого меньше. Но всё равно есть часы, которые стоят дороже не одного автомобиля.

И с каждым годом всё больше коллекционеров, многие коллекционируют советские часы. Тут есть, где развернуться коллекционерам. Кто-то собирает только карманные, кто-то – наручные, определённых годов, определённых заводов. Кто-то коллекционирует старинные, кто-то современные.

За сотовым надо лезть куда-то в карман, а часы на руке – это удобно. И опять же, статус. Люди выбирают красивые дорогие часы, если могут себе позволить. Да что там – я знаю людей, которым жить негде и есть нечего, но они покупают себе дорогую машину, часы, ботинки. Здоровый мужик залезает в такую низкую спортивную машину, с трудом туда помещается, ему самому неудобно, но зато это престижно. Я это не понимаю, я уже в таком возрасте, когда главное – это удобство, а не статус.

Мне просто важно, чтобы часы точно работали. Вот этим, у меня на руке, уже больше двадцати лет – Япония, Seiko, я уже половину деталей оттуда снял и заменил. Как-то прижились.



    Немцы в Павловске реставрировали часы музейные, я с ними общался. Но такую тонкую работу, которую делаем мы, они не делают. Они не реставрируют, например, колесо, не вставляют зубья, они просто изготавливают новое такое же. Или вот недавно человек привёз из Франции антикварные часы – я с ними полгода телепался. Там половина деталей поломано. Вдохновение придёт – занимаюсь ими, это как у художника. Одну и ту же работу, бывает, сутки делаешь, а можно за пять минут сделать.

Восстановить можно практически всё – тут вопрос в том, насколько клиент готов платить за ремонт. При желании всё можно сделать, было бы желание у заказчика. В сложных случаях просто цена другая. Бывает, человеку часы дороги, как память.

У меня уже опыт, я вижу человека насквозь, вижу, чего от него можно ждать. Со всеми можно найти общий язык – главное не горячиться, держать себя в руках. Ну, зачем я буду себе нервы мотать…

По часам – и по дизайну, и по внешнему виду, можно сказать, что за человек, как он относится к вещам, какой характер. Один за полгода может часы убить, а другой приносит – ни царапинки, говорит, я их, не снимая, тридцать лет ношу.



    Молодёжи важно много денег заработать. А я, бывает, два-три дня сижу с часами, которые сданы в ремонт за пятьсот рублей, но я их сделаю. А молодые часовщики просто не будут это делать, они скажут: «Не могу я это сделать, забирайте обратно», потому что это нерентабельно. А нам, старым мастерам, важно сделать – если уж взял в ремонт, надо сделать, в любом случае, даже если себе в убыток.

Часовщиков опытных осталось мало. И никто их не готовит. Конечно, профессия не может умереть, но это уже профессия не ширпотребная. Можно сказать, часовщик-реставратор. Сейчас уже есть это разделение: вы наверно видели, «Мастер-Минутка», якобы профессиональная замена батареек. А там профессионалов нет, ни один профессионал не будет там сидеть.

Через несколько лет старое поколение уйдёт, и хорошие часы отремонтировать будет проблемой. Ну, останутся единицы часовщиков, и к ним будет стекаться такая работа.

Метки: ,
Музыка: Lizz Wright - Blue Rose

1 комментарий or Оставить комментарий
Comments
From: lilu_1990 Date: Май, 31, 2016 14:18 (UTC) (Ссылка)
такой симпатичный человек!
аж захотелось снова носить наручные часы
1 комментарий or Оставить комментарий