Отложенная весна
После начала войны многое стало неуместным, обесценилось. Все эти наши фоточки, соцсеточки, комменты – всё стало шелухой, глупыми довоенными фантиками.
В какой-то момент я понял – война меня кастрирует. Во всех мужских смыслах – в уверенности в себе, в своей гордости, в праве сказать и сделать, и в прямом смысле тоже. Вот идут мимо голоногие весенние девушки – а мне всё равно, ничто не шелохнётся.
И если верить этой теории о реакции на стресс (бей/беги/замри), то я замер. В первые дни просто ложился на диван, сворачивался в позу зародыша, лежал. Было очень похоже на так называемую депрессию.
И фотография моя оказалась чепухой – все эти городские и бытовые зарисовки, все эти фрагменты женщин – всё фигня. Такая фигня по сравнению с любым репортажным кадром войны. А люди, которые продолжали незамутнённо постить какой-либо свой прежний контент, казались бездушными монстрами.
Через три-четыре месяца всё-таки наступила «фаза принятия», новости стали привычным фоном. Где-то там гибнут люди и рушатся дома, и там кровь и смерть, но здесь-то пока небо такое же голубое, и солнце так же бросает блики на встречных девушек. У меня есть повседневные дела, есть работа и простые житейские радости, есть улыбка моей дочери, и радоваться – не стыдно. Жить своими увлечениями – не стыдно. И житейская уверенность вернулась. И здесь снова будут фотографии.
Впрочем, это, конечно же, во многом вэб-зависимость, привычка ).