Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

интро

Меня зовут Александр Савельев.

У меня есть пара фотокамер, чувство прекрасного и ещё несколько чувств.

Продолжаю вести ЖЖ с упорством истинного ретрограда и сектанта. Как сказал один мой друг: "Саша, у тебя там бывают клёвые фотографии, потом фотографии кладбищ, потом голые женщины, потом тексты о том, что ты опять что-то не понимаешь в этих женщинах. Потом опять клёвые фотографии". Всё так.  

Некоторые вещи, которыми горжусь:

http://rasf2.fotoproekt.ru/port/msk/ru/school/courses/history/
https://www.soyuz.ru/articles/567
http://les.media/articles/367108-lyudi-poberezhya

Подборка различных кадров:


Мой журнал по истории фотографии:


Профили в сетях:

над вымыслом слезами обольюсь...

    Я уже не первый год заглядываю в книги, которые люди читают в метро. И точно могу сказать: пожилые женщины действительно любят глупые книжки про красивую любовь. Едет рядом тётенька - божий одуванчик в затрапезном пальто,  и читает примерно такое: «Джессика вдруг поняла, что уже не в силах сопротивляться властному взгляду его глаз, по её телу прошла волна жаркой истомы…»
    Иногда это на грани порно – как по смыслу, так и по уровню текста. И вот зачем им это? Если бы эти книги были востребованы у молодых женщин – это было бы объяснимо, они ещё могут проассоциировать себя с героиней. Но для пожилой женщины, для пенсионерки, которая уже наверняка осознаёт конечность и увядание собственного тела, – читать про какие-то там страстные объятия и красивую жизнь молодых тел – разве не мазохизм?

    С другой стороны – а что читают пожилые мужчины? Это же тоже можно диву даться. Пенсионеры часто читают про войну, историю и приключения – иногда это что-то суровое и документальное, но гораздо чаще это откровенная желтуха: какие-то дешёвые боевики с попаданцами во времени, или про «тайну смерти Сталина», или про будни спецназа или агентов КГБ.
   «Руслан ввёл код активации меча-кладенца и приготовился отражать атаку злобных мутантов», «В секретной лаборатории Рейха несомненно велись разработки новой формулы яда», «Не ссы, Серёга, прорвёмся! Держи их на прицеле, пусть эти суки ближе подойдут!»

    То есть очень часто, чуть ли не в половине случаев – это тоже не литература. Жёлтая фантастика, жёлтая история или какой-то совсем жёлтый экшн. Но зато про мужиков, про какую-то борьбу, противостояние каких-то сил. И тоже странно: мужчины на закате своих лет читают книги о мужчинах, полных амбиций и энергии.

    И вот кто эти люди, почему так? Проекция неосуществлённой мечты? Неужто эта тётенька, эта серая мышка, всю жизнь мечтала о бурных страстях и объятиях властного мачо, и теперь компенсирует, хоть так? А этот дядька в очках и мешковатых брюках мечтал быть супергероем, раскидывающим врагов, но остался им лишь в мечтах?

    И, кстати, оказывается, что между «женским» и «мужским» бульварным чтивом несомненно есть общее: это образ сильного мужика, безупречного героя, который придёт, всех раскидает и решит все проблемы. Есть в обществе запрос на супергероев ).
А ещё удивительно, как сила воображения всеми нами правит, до седых волос.
Фантастический ментальный онанизм.

Литературный номер Esquire



Оказывается, у нас есть обалденная современная литература. От половины этих рассказов меня прошибал чистый восторг. Иллюстрации и вёрстка – отдельная радость, прямо-таки work of art. Есть сетевая версия и даже аудиоверсия этого альманаха, в которой сами авторы читают свои тексты. Но всем, кто любит читать с листа, советую: берите журнал, не глядя.

Я в основном копаю литературу прошлого века, и раньше не слышал ни одного имени из списка – ну разве что, краем уха что-то о втором Пелевине. И этот Пелевин явно мастер. Если вдруг вы тоже читали сборник, то вот короткий дайджест на моих фаворитов:

Алексей Поляринов – «Гарантийный случай». Гротеск и умора, и с первых тактов автор берёт читателя на крючок, сорваться сложно.

Павел Селуков – «Спартанец». Написано вроде бы просто, как-то даже провинциально, но в этом и есть мясо жизни.

София Синицкая – «Курьер». Тут всё есть – и блестящий сюжетный трюк, и точная штриховка бытовых мелочей, и внезапное страшное посреди смешного. Легко и очень талантливо.

Валерий Печейкин – «Работа Федота». Слегка абсурдистские притчи про наше всё, про все эти скрепы и векторы, пронизывающие наше бытие здесь. Остроумец, яркий.

Алексей Сальников – «Всё равно не приду». Хороший ответ на уже давний упрёк нашей литературе, что, дескать, нет у нас простого рабочего человека в качестве героя. Вот он – есть, и очень убедительно.

Александр Пелевин – «Аквариум». Очень задело, потому что после сорока лет пришло чёткое ощущение собственной смертности. Чёткое понимание, что и со мной это может случиться в любой очередной день.

Татьяна Замировская – “Iris”. Странное дело: читал с ленцой, чуть кривясь, без восторга, но в итоге именно этот рассказ запомнился – возможно, потому что червь постоянного самоедства, каких-то внутренних самоупрёков, меня тоже частенько гложет.

Антон Секисов – «Урна с восточным орнаментом». Снова про внезапную смерть – это прямо-таки сквозной мотив сборника. И это, наверно, единственный рассказ в мире, где действие происходит на фоне матча клубов ФНЛ («Торпедо» - «Шинник», ха-ха).


Сетевая версия: https://esquire.ru/letters/274893-proizvodstvennyy-roman-xxi-veka-kak-izmenilis-nashi-otnosheniya-s-rabotoy-v-12-rasskazah-sovremennyh-russkih-pisateley-chitat-i-slushat/
  • Current Music
    Tom Petty and the Heartbreakers - Don't Come Around Here No More
  • Tags

песня месяца: Bad Books – Friendly Advice (2012)



Термин «инди-рок» в наше время уже навевает скуку: ну сколько их уже было за последние двадцать лет, этих парней с гитарами? Все эти внуки Радиохэда всё равно не плюнули выше своего крёстного дедушки, и все довольно похожи – опять-таки, как братья и родственники.
Но есть такое инди, от которого с первых тактов, с первых десятков секунд навостряешь уши: сразу слышно, насколько это талантливо и умело сделано.

Здесь я навострил уши, как только вступила ритм-секция: вот вроде бы всё просто, а цепляет и тащит. Сразу слышно: умелые умники. А если ещё и в тексты вчитаться, то точно понятно: умники, ещё какие. В одной из прочих песен альбома героиня называет своего сына «Forest Whitaker», и там весь текст – образец класснейшего сторитэллинга. В другой песне речь ведётся от лица заспиртованной головы (!) казнённого любовника жены Петра Первого, который, согласно легенде, повелел поставить эту заспиртованную голову в спальню неверной супруги. Так и называется – “Pyotr”.

Это очень убедительно ломает стереотип о том, что в западной музкультуре текст обычно вторичен и прост, что всё там сводится к общим фразам и рифмам типа “
fire-desire”.

Bad Books” – это даже не группа в традиционном понимании, это дружеский проект музыкантов, у каждого из которых есть свои основные дела. Три альбома за десять лет, культовая известность в узких кругах, а для меня – пока что главное открытие в этом году.

Юность прошла - IVd


Заключительный обзор по подшивке «Юности» за 1980-й. Расскажу о тех текстах, которые время от времени всё же переиздаются.

* Василий Ливанов – «Ночная «стрела», повесть. Вышла в авторском сборнике в 1985-м. Оказывается, наш великий Шерлок Холмс писал уморительную прозу. Я ржал в голос, я валялся от смеха, меня качало на волнах радости. Чего и вам желаю.

                   

Collapse )

  • Current Music
    Morrissey - Piccadilly Palare
  • Tags

****




  Карточка похожа на моё ощущение от Петербурга. Здесь постоянно маячит какой-то просвет; какая-то поэзия, гармония, какая-то надежда на грядущие чудеса. Но всё это постоянно заволакивается бестолковой мутью, пылью, мусором, через который уже ни черта не видно.
Знаю, что есть две крайности: восторгаться Питером во всех проявлениях (культура, архитектура, люди, атмосфера), либо клеймить его за пресловутую болотную депрессивность, инертность и достоевщину. Я прожил здесь шесть лет, и теперь мне оба этих взгляда очень понятны.


Но основное для меня качество Питера – то, что это город-мираж, который постоянно обещает, но его обещания рассыпаются в труху. И это касается вообще всего – и работы, и каких-то договорённостей и планов, и личных отношений. Впрочем, миражи его – прекрасны, спору нет.

Юность прошла - IVb



Продолжаю путешествие по страницам "Юности".
Юрий Аракчеев – «Фантазёр», рассказ, не переиздавался.

И совершенно зря. Потому что там – очень о важном в жизни каждого пацана, о мучительной тренировке смелости. Подойти к незнакомке или пойти дальше? Ответить этим парням или проглотить обиду? И, конечно же, о том, что в мечтах у героя всё это легко получается, а в жизни – всё через страх, через боязнь отказа и позора.

Как бы я был благодарен писателю Аракчееву, если бы этот рассказ попался мне в 15-25 лет!

Потому что о таких аспектах борьбы с самим собой, о таком «воспитании характера» советские литераторы почти не писали. Вспомните: в советских книгах и фильмах герой знакомился с девушкой как бы не по своей инициативе, а по воле случая. Через какую-то сюжетную зацепку, сталкивающую обоих, через какой-нибудь трюк, придуманный автором, - мол, всё, голубчики, не отвертеться.
А вот такое знакомство - когда герой украдкой посматривает на девочку в метро, потом идёт за ней следом, и всё не находит в себе решимости и нужных слов, а потом всё же подходит и сбивчиво говорит какие-то глупости, - где это описано?


Конечно же, в совлите была масса сюжетов про закалку характера – но это всё либо про подвиги былинных пионеров-героев и юнармейцев, либо про какой-то нравственный выбор и подвиги в труде. А если и затрагивалась тема уличной шпаны – то хулиганы были очень картонные, легко перевоспитывались, смотрелись в итоге несерьёзными проказниками, а положительному герою не положено было сильно бояться – условный Тимур легко и смело вступал в битву со злом.

Кажется, из советских писателей для юношества лишь Крапивину иногда удавалось приблизиться к правде, обрисовать подлянскую сущность уличной шпаны и страх «хорошего мальчика» перед хулиганами - насколько это было позволено в той литературе. И вот такой достоверный рассказ о том, что творится в голове у мечтателя, когда его окружает уличная шпана, это редкость:

«И появилась вдруг странная двойственность в сознании Алексея: первая, как бы близкая его часть была здесь, вот тут, в кольце, где он чувствовал себя ужасно, отчаянно, и спасения не было, животный, нерассуждающий страх сковал тело, к горлу подкатывала тошнота, и неприятная, дрожащая какая-то слабость была в низу живота и в коленках, – а вторая, как бы дальняя часть сознания видела всю картину со стороны, витала над ними где-то: людная площадь, освещенная спокойным вечерним солнцем, он, Алексей, в кольце пяти, монета, лежащая на асфальте у его ног, высокий парень, стоящий перед ним, остальные четверо вокруг. Эта дальняя-дальняя часть сознания с пронзительным, олимпийским каким-то спокойствием видела все, и, казалось, ехидно посмеивалась…»

Впрочем, мне и сейчас есть, кому адресовать благодарность – писатель Юрий Аракчеев жив, ведёт персональный сайт, жж и канал на «Дзене» и называет себя «писателем-невидимкой», поскольку в новом времени ему приходится публиковать себя самостоятельно, в интернете.  Очень интересная личность, примечательная – объездил полстраны на велосипеде, крепко увлекался фотографией, снимал природу и ню (!), устраивая подпольные показы слайдов для узкого круга…
Я теперь иногда читаю тексты на его сайте и думаю – может, он и не безупречен в слоге, но он – живой и мыслящий, личность!

Юность прошла – IVа


   Вводная параллель с музыкой; смотрите, как изменилось отношение к нашей эстраде 80-х: долгие годы всё это казалось никому не нужным нафталином, «совком», бабушкиным хламом на антресолях – а теперь чуть ли не все молодёжные герои крепко подпитываются эстетикой 80-х, транслируют эту эстетику во всевозможных референсах. Неуклюжие клипы советского телевидения, записи «Утренней почты» и «Песни года» ещё недавно были уделом ностальгирующих пенсионеров, – теперь же эти архивные видео набирают многие тысячи просмотров, а модный комик Лапенко помещает своих героев в квазисоветскую реальность и взлетает в топ.


Может ли этот тренд отозваться в литературе? Будут ли переизданы забытые тексты 80-х? В подшивке журнала «Юность» за 1980-й год мне встретилось несколько сильных текстов, совершенно не достойных забвения. Я хочу о них рассказать. Серьёзно.

Collapse )

  • Current Music
    Wolfgang Amadeus Mozart - Piano Concerto No. 21 In C Major, K. 467: II. Andante
  • Tags

Южный календарь



    Почти наугад, на бегу, я купил эту книжечку, и мне открылся мощный русский писатель. Книга заставила вспомнить редкое чувство – когда сама ткань текста заставляет читать медленнее, неспешно, перекатывая слова на языке, когда сам текст говорит: не торопись, не глотай меня по диагонали…

Удивительно и непривычно: люди в текстах Уткина почти всегда помещены под мастерски прописанный купол мироздания, под сферу природы со всеми её чудесами, и в этом он явно наследует главным нашим классикам. Но здесь больше, чем «описания природы», больше, чем просто декорации к действию: природа в его текстах одушевлена, величественна и надмирна, как олимпийские боги, которые наблюдают за героями, и кажется, даже подают героям какие-то сигналы, о чём-то с ними говорят… Но человек – муравей, а звёзды вечны, и этот конфликт масштабов у Уткина встречается очень часто.

Конфликт ещё и в том, что под этим куполом вечного покоя с героями Уткина происходит…  так и тянет написать - «лютый пиздец», но нет, не всегда. Происходит всякое житейское и бытовое, происходит и внезапное страшное, а порой и вовсе мало что происходит, но в любом случае одухотворённая природа, весь этот небесный свод смотрит сквозь человека равно прекрасно и безучастно.


И конечно же, как это часто бывает в хорошей литературе, вся суть и прелесть не только и не столько в сюжете, а в манере письма, в той самой «авторской оптике».

Рекомендую. В модном нынче и, несомненно, достойном писателе Водолазкине мне чего-то не хватает. А в Уткина я влюбился.

Тройка цитат:

«К вечеру любой звук в доме, любое движение словно обретают вещественность, и кажется, звуки возникают и существуют сами по себе, сами собою. Только яблоки лежат горками и плотными россыпями круглых шаров, и одни они светятся в темноте слабым светом, подбирая все его остатки, и запах их в темноте делается ещё слышнее и грубеет».



«Рядом с домом ходил троллейбус, похожий на грустное насекомое. В ночной тишине отчётливо слышалось, как он замирает на остановке и несколько мгновений покорно и устало ждёт, а потом переламывались закрывающиеся двери, и по проезжей части, поднятой из темноты рассеянным светом частых фонарей, взвивается и тут же захлёбывается натужный стон передачи».


«…глянул направо и снова увидел, как в поздних сумерках моторная лодка не спеша расстегнула реку, как лодочный след разошёлся к берегам, мятым оловом вывернув изнанку воды…»
  • Current Music
    Václav Neckář - Tvým Dlouhým Vlasům
  • Tags