Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

интро

Меня зовут Александр Савельев.

У меня есть пара фотокамер, чувство прекрасного и ещё несколько чувств.

Продолжаю вести ЖЖ с упорством истинного ретрограда и сектанта. Как сказал один мой друг: "Саша, у тебя там бывают клёвые фотографии, потом фотографии кладбищ, потом голые женщины, потом тексты о том, что ты опять что-то не понимаешь в этих женщинах. Потом опять клёвые фотографии". Всё так.  

Некоторые вещи, которыми горжусь:

http://rasf2.fotoproekt.ru/port/msk/ru/school/courses/history/
https://www.soyuz.ru/articles/567
http://les.media/articles/367108-lyudi-poberezhya

Подборка различных кадров:


Мой журнал по истории фотографии:


Профили в сетях:

многообразие видов

 


Несколько карточек про многообразие видов. Про мужчин мне как-то понятнее – почему тот или иной выглядит определённым образом. О женщинах до сих пор не понимаю. Почему одни все такие про бьюти-лайфстайл и гламур, а другие – скромные «филологические девы» с рюкзачками, третьи – вообще унисекс, а четвёртые ходят по улицам в тонких хитонах на голое тело, и прочие, прочие разные варианты… И ведь не исключено, что это они сегодня так, а завтра – совсем иначе!

Впрочем, в лекции одного психолога слышал убедительную теорию: что все эти роли закладываются в семье, проявляются ещё в средней школе, и расцветают в старших классах. В каждом классе есть несколько «звёздочек», этакие «принцессы»: их с детства учили, что внешность и сексуальность – это главные женские достоинства, главные козыри, с помощью которых нужно двигаться в мире, и эти девочки так и продолжают разыгрывать эту карту, всю жизнь.
А если система родительских ценностей была другой, или если были какие-то сильные комплексы о внешности – то девочка не ввязывается в это соревнование секси-див, она проявляет себя иначе, не делает главную ставку на внешнюю сексуальность, этакая тихоня-умница. И это тоже на всю жизнь.
А есть такие бунтарки-разбойницы, которые отказываются играть по этим правилам – они одеваются нарочито вне стандарта, они ещё в школе проявляют себя через эпатаж, красят волосы в немыслимый цвет, делают татухи и пирсинг (хотя это теперь уже тоже норма). Выделиться иначе, бежать по параллельной дорожке, альтернативный зачёт. И это тоже на всю жизнь.


И мне кажется, тех, кто может легко перевоплощаться из одной публичной роли в другую, на самом-то деле очень мало.

Collapse )

  • Current Music
    Хроноп - Прорастают сквозь смерть
  • Tags
    ,

Склеп советской школьницы

На кладбищах иногда встречаются советские склепы – крытые павильоны из металла и сетки-рабицы, возведённые над могильным участком. Такие склепы часто стоят именно над могилами юных девушек – и почему так, дань ли это какой-то традиции, или же скорбящие родители больше стремятся защитить и украсить именно могилы дочерей - не знаю, но закономерность есть.

Как правило, такие склепы закрыты, а иногда и вовсе заброшены, зарастают кустарником, здесь же дверь была не заперта, но видно, что за могилой кто-то следит.

Collapse )

****



     Лет 10-15 назад фотошколы начали множиться, как грибы. Цифрозеркалки стали доступными, и все пошли учиться – домохозяйки и школьники, пенсионеры и офисные крабы.
Многие воспринимали камеру, как какой-то безумно сложный механизм, который невозможно освоить самостоятельно. Многие ждали готовых рецептов, ту самую «волшебную кнопку», благодаря которой их снимки станут такими же, как в глянцевых журналах. Многие ждали, что их научат снимать как-то «профессионально», а не просто «любительски».


И это всё очень объяснимо: в той массовой парадигме, чтобы стать «настоящим» фотографом надо было купить хорошую цифрозеркалку и научиться многим техническим премудростям, которые знают лишь те самые «настоящие» фотографы… Предположу даже, что люди шли учиться, чтобы почувствовать себя причастными к этому тайному знанию, к этому образу «настоящего» фотографа.

И в ответ на этот спрос открылось множество малых бизнесов под названием «фотошкола».  Иногда у руля и правда стояли фотографы с опытом, энтузиасты с организационным даром и деловой жилкой – но часто этим занимались просто менеджеры широкого профиля, активные коммерсы, которые с не меньшим жаром могли заниматься продажей любых других услуг.  Эти орги арендовали помещение, закупали аппаратуру, нанимали преподов, размещали рекламу – и вперёд, отбивать вложенное. Такая была тема актуальная – фотошколу открыть.

Но вскоре появились хорошие камеры в смартфонах, пришла инстаграмная культура, которая всем доказала: зрелищные кадры можно делать безо всяких особых знаний, лишь бы  фантазия была. В сети появилась масса обучающих видео по всем аспектам фотографии – смотри и учись, бесплатно, не выходя из дома.
А главное – все эти каноны классической фотографии, ещё недавно вроде бы актуальные, быстро отправились на помойку, потому что теперь вообще нет этого: «как правильно». Можно снимать хоть на мыльницу, можно снимать в расфокусе, с заваленным горизонтом и диким балансом белого,  можно снимать со вспышкой в лоб и с шевелёнкой – лишь бы это отвечало твоим задачам. Лишь бы фантазия была и глаза с душой и мозгом были связаны.

И все эти «фотошколы для начинающих» очень быстро схлопнулись. Фотохайп у людей прошёл. И предположу, что в наше время на плаву остались только толковые фотошколы, настоящие ))

шаг вперёд


    У меня с детства крепкие коммуникативные барьеры. То ли врождённое, то ли воспитание (со старшими не спорь, вперёд не лезь) - шут его знает, но я страшно боялся обратиться к любому взрослому, заговорить первым, обратить на себя внимание – просто-таки до слабости в коленках. Даже если повод был вполне легитимным, например, если мама просила что-то передать учительнице – я мог долгими минутами торчать под дверью кабинета, не решаясь постучаться.  Учительница выходит, но она чем-то занята, она с кем-то разговаривает, а я никак не могу сделать шаг вперёд и начать говорить, и вот момент уже упущен, и я опять стою у кабинета и жду, когда она пойдёт обратно… Даже просто спросить дорогу у незнакомого взрослого уже было маленьким подвигом.

Поэтому все подростковые годы я мучительно тренировал смелость. Заставлял себя. Спрашивать дорогу, а впоследствии – подходить знакомиться к девушкам. На каком-нибудь общем собрании не молчать в тряпочку, а встать и сказать.
И оказалось, что люди охотно показывают дорогу, и многим это самим приятно. Что девушки иногда охотно идут на контакт, а из слов на собраниях завязывается нужная дискуссия – и всего этого не было бы, если бы я
cмолчал. 

И позже, когда начал заниматься фотографией, сама идея снимать незнакомых людей на улице казалась мне невозможной – это был удел каких-то храбрецов, героев. Я был уверен, что если подойду к незнакомцу и спрошу разрешения его сфотографировать - меня точно не поймут, пошлют, обругают…  Но всё же, превозмогая страх и неловкость, я начал пробовать - и на практике оказалось, что вариантов много: да, могут не понять и послать, а могут и согласиться. А могут согласиться радостно и дружелюбно, да ещё и позировать начать всячески…  Реальность оказалась другой!

И моя реальность тоже стала другой. Я до сих пор волнуюсь в таких случаях, не всегда решаюсь, медлю – но могу, вполне могу.

На самом деле, до сих пор, когда нужно сделать этот первый шаг к коммуникации, я чуть-чуть замираю внутри – до конца этот детский страх не изживёшь. В сложных случаях даже приходится уговаривать себя: это не крокодил, он тебя не съест, это такой же человек. И возможно, он даже будет рад, если ты к нему обратишься. И реальность как-то сдвинется, изменится, развернётся новым вариантом и новым опытом. А не обратишься, промолчишь – так вообще ничего нового не произойдёт, всё так же останется, скучно.

Скромность и деликатность – это вроде бы хорошие качества в традиционном наборе интеллигента. Но совершенно непродуктивные. Вот это всё:
А что люди подумают? А зачем я буду людей беспокоить? Да кому я там нужен, у них и так своих дел хватает… - это всё вредные формулировки, непродуктивные, это ложная деликатность.

И решают всё секунды – как в детском ожидании учительницы, как с девушками на улицах, как в фотографии и многих остальных случаях; несколько лишних секунд думаешь, решаешься, а вот уже и всё: момент уже упущен, девушка уже ушла, ситуация изменилась. Иногда правда лучше не думать, а сразу делать, на импульсе.

А если деликатно сидеть в уголке – то ничего и не случится. Чтобы что-то начало происходить, надо окружающий мир тормошить, проявить хотя бы малую инициативу, сделать тот самый шаг вперёд. И вот этому мне всю жизнь приходится учиться.

  • Current Music
    Jazz Q - Čaroděj
  • Tags

Занимательное искусствоведение



Сегодня с утра мне позвонила жена и спросила, когда я принесу денег. Через 15 минут меня побеспокоил «Петроэнергосбыт», и усталый женский голос спросил, когда я планирую оплатить долг за электричество.  Потом, разбирая в компе фотографии, я наткнулся на этот кадр.

Это были несколько лет вдохновенного альтруизма. Я верил, что если искренне делать то, что тебе интересно, это куда-нибудь приведёт. Я тогда искренне влюбился в историю фотографии, сделал авторский курс, разные тематические лекции, успешно боролся с собственной сценобоязнью. И мне было попросту в кайф делиться с людьми интересными знаниями.
Говорили, что я делаю это хорошо – и я старался делать это живо и не скучно. Перед глазами были примеры залуженных и безусловно знающих искусствоведов, которые излагали свои знания сухим языком реферата, и на их лекциях всю аудиторию клонило в сон. Я сделал ставку на человечность и живость, и на вопрос о роде занятий я несколько лет не без гордости отвечал: «преподаватель истории фотографии».
История фото – это всё же сектантский предмет, и денег это занятие почти не приносило. Но оно дарило мне прекрасное чувство собственной, именно моей миссии и занятости любимым делом. В арт-подвалах и на арт-чердаках, в фотошколах и библиотеках. И эти годы принесли мне несколько хороших новых знакомых.

Последний мини-курс я провёл позапрошлой зимой в крутейшей питерской школе «ДокДокДок» - это тоже та ещё секта ). И окончательно понял, что деньги надо зарабатывать тем, что приносит деньги.  И «Петроэлектросбыт» звонит, и дочери нужно купить «Лего», а идея монетизировать хобби плавно растворилась в петербуржском воздухе.
Вот, кажется, единственная видеозапись одной из лекций – запись постоянно «лагает», речь лектора изобилует паразитными «ааа…» и «эээ…», но другой записи нет.



ЧЁ ТЫ ВЫРУБАЕШЬСЯ

    В детстве я очень любил фильмы про школьников. Про Алису, про Электроника,  Петрова-Васечкина.  И всевозможную детскую советскую литературу.  Я смотрел на это, как на картины более совершенного мира, который наверняка где-то возможен, где-то существует, просто это мне немного не повезло.

    Потому что в моей реальности всё было иначе.  Никакого такого «дружного класса», никакой победы добра над злом. Три-четыре человека зажимали тебя где-нибудь в углу за школой, отвешивали тебе саечки и тычки, чморили и унижали, и всё так мягенько, для посторонних глаз неочевидно, а пройдёт рядом взрослый или учитель – ничего такого, мальчики просто разговаривают, мальчики просто играют. Бежать нельзя – тогда ты совсем трус и ссыкло. Драться – страшно, липкий страх в коленках, а они сильные, у них мафия, потом хуже будет. Стоять и терпеть. Чё, забздел, сука?
Потом-то я подрался, классе в четвёртом. И стало проще, немного зауважали. Но с самого детства я знаю, что дети – совсем не ангелы, что дети бывают подлы и злы, что уже в младших классах действует закон силы, и если ты слабак – тебя будут бить и унижать, зачем-то им это надо. И никому ничего за это не будет, никакого возмездия; взрослые, глупые взрослые, всего этого не видят.

      И с самого детства и надолго у меня оставалась привычка: выходя за пределы своего двора, а тем более, района, постоянно мониторить, смотреть краем глаза по сторонам – нет ли где опасности?  Относительно недавно прошло.  Потому что тогда в моей подмосковной Балашихе это было совершенно реальным территориальным делением – в своём дворе всё свои, одна компашка, опасности почти нет. Но как только ты ушёл за пару дворов от дома – следи, будь внимательнее. А если ты за каким-то делом пошёл в другой микрорайон, пересёк границу – то тут вполне реально можно было наткнуться на стаю местных, и на вопрос:  «А ты с какого района? Чё-то я тебя здесь не видел».  О, вспомнил фирменную фразу малолетней гопоты: «Чё ты вырубаешься?» (то есть, дерзишь, борзеешь)  - это могло быть сказано вообще в любой момент, на любые слова, без логики, и служило знаком, что тебя сейчас будут прессовать. И ещё у них был вопрос, не имеющий правильного ответа: «Ты пацан или парень?»  Говоришь «парень» или «я человек» - значит, ты лох, тебя можно чморить. Говоришь «пацан» - значит, ты им сейчас должен будешь по их «пацанским» понятиям ответить, кто ты по жизни, каких местных авторитетов знаешь, а не ответил – см. пункт первый, ты лох.

      Впрочем, реально страшного-зверского вспомнить не могу. Опять-таки, подлость и сила. Один раз шли с другом по району, к нам подошли четверо гастролёров со Старого Южного.  Решили драться один на один, на пустыре между домом и стройкой. Вроде всё честь по чести, я дерусь со своим противником, остальные смотрят, не вмешиваются, пацанский уговор. Как только я начал этого парня побеждать, они быстро выключили моего друга (друг был физически хилый) и уже вчетвером начали бить меня.  Я потом несколько дней буквально лежал в постели, синяки и сотрясение, ещё раз понял, что ничего общего с гвардейцами и мушкетёрами моя реальность не имеет.     

         Потом – уже постарше, это я уже любил возвращаться в своё Подмосковье на последнем автобусе (в Москве же были все тусовки и вся жизнь).  На пустынной ночной улице возникает какой-то тип, подходит, и очень вежливо спрашивает: «Извини пожалуйста, а сигареты у тебя не будет?» Я расслабился, полез за пачкой, поднимаю голову и вижу… силуэты быстро бегущих на меня ещё трёх, а перед силуэтами, как в замедленной съёмке, на меня летит кулак самого быстрого.  Нокаут, они меня быстро метелят ногами, когда прихожу в себя – ни рюкзака с фотоплёнками с последнего путешествия, ни денег.

        Почти та же схема – какие-то чуваки, типа просто разговорились, вечер, сумерки.  Я только потом понял – в этом коротком и вроде бы дружелюбном разговоре они мягко, невзначай  у меня выведали, с какого я района.  Я был не из этого.  Опять таки, рапид – человек с милой улыбочкой поворачивается ко мне как-то боком, почти спиной, мечтательно смотрит на небо, и вдруг с разворота резко бьёт мне в голову. Нокаут. Минус рюкзак, минус деньги, даже, кажется, минус фотоаппарат.   Подлость и сила.

       Ну, это я увлёкся, хватит вспоминать).  Я это всё к тому, что последнее время идёт эта ностальгическая волна по «тёплому-ламповому» СССР. Мол, была же культура, фильмы, литература, да и люди были как-то добрее, жили все по-соседски. А сейчас – сплошная бездуховность, дети в школах убивают одноклассников, подростковая жестокость зашкаливает… 

       И мне попался вот этот пост у Митрича – https://mi3ch.livejournal.com/4358345.html , и комменты к тому посту обнаруживают удивительную двойственность.  Кто-то пишет:  «Да, всё так, у нас тоже пацаны ходили с кастетами и воевали район на район, хулиганы регулярно отжимали деньги, живодёры мучили кошек и собак»,  а кто-то другой, выросший в то же время и даже в том же городе, пишет: «Да нормально всё было, драки в пределах нормы, никто никого не унижал и не бил без причины, никакого гоп-стопа, нормальное детство». Как будто люди взрослели в двух разных мирах, на разных планетах.

     Собственная память говорит мне, что в перестроечном подмосковном детстве жить было стрёмно – и в то же время я допускаю, что где-то в других городах всё было добрее и человечнее, почти как в тех книгах и фильмах.  Я даже хочу в это верить, что где-то было человечнее и нормальнее.

     Да, наверняка это зависит от географии.  После восьмого класса родители перевели меня в московскую школу – и это оказалось очень большой разницей.  Школа была не элитная, но престижная, старая московская школа на Чистых Прудах. И там тоже было некое крыло хулиганов, но они были именно что буйные головы, «нарушители спокойствия», и не было никаких явных подлянок и никакой травли слабаков.  В подмосковной моей школе люди всё еще слушали «Модерн Токинг»,  «Ласковый Май» и русский блатняк, а московские школьники  уже фанатели от актуальных героев MTV.  Да что там – были люди, которые слушали Led Zeppelin и Pink Floyd, не шучу, с ними я и подружился. Помню, однажды наш барабанщик принёс в школу видеокассету с клипами “Queen” – так полкласса осталась смотреть после уроков.

А что касается подросткового насилия и унижения - интересно, кстати, было ли что-то подобное у девочек. Мне кажется, девочки в детстве не видят многих жёстких граней мальчишеского мира – но наверняка и у них тоже что-то подобное есть.  
  • Current Music
    Miniature Tigers - Cleopatra
  • Tags

ДокДокДок


    Это питерская школа фотодокументалистики. Я там отучился почти год, в итоге по сумме разных причин всё же бросил, но это был полезный опыт. Если говорить коротко – то всем, кто интересуется документальной-социальной фотографией, я эту школу советую.  Дистанционное обучение тоже есть – можно смотреть прямые эфиры и записи лекций, общаться и обсуждать всё в группой в онлайне. http://www.docdocdoc.ru/

А если подробнее, то будет длинный текст...

Collapse )
  • Current Music
    Arctic Monkeys - Science Fiction
  • Tags

цвет пустыни


Отцовские слайды начала 70-х. Их с мамой тогда, как молодых специалистов, отправили в Алжир аж на три года – была в то время у Союза программа помощи/внедрения в Африку. Папа вёл какие-то технические дисциплины в колледже, мама работала в приёмной местного отделения Аэрофлота. У отца были ещё какие-то выезды в лагеря прямо в пустыне. Об этом родители до сих пор не устают вспоминать, а на слайдах – ну просто Экзюпери и Сенкевич, бедуины, барханы, верблюды.



Collapse )